» » «Вишневый сад» в Театре им. Леси Украинки

«Вишневый сад» в Театре им. Леси Украинки

«Вишневый сад» в Театре им. Леси Украинки«Вишневый сад» — последняя пьеса написанная Антоном Павловичем Чеховым перед смертью. Пьеса, которой посвящены множество исследований и по которой поставлены сотни спектаклей. Она уже давно стала классикой драматургии, по сей день не теряет своей привлекательности для режиссеров и актуальности для зрителей.

 


В режиссуре Аркадия Каца эта пьеса звучит как баллада об уходящем времени, о целом поколении людей, которым уже нет места в динамично меняющемся мире. Главной представительнице этого поколения, Раневской (народная актриса России и Украины Татьяна Назарова), уже никогда не вырваться из атмосферы привычной для неё эпохи, не перестроиться с ритма праздно текущего времени, не влиться в струю предпринимательства. Будто сошедшая с портретов, развешанных на кружевной кроне фамильного дерева, изображенного на заднике (художник Татьяна Швец), она истинно умеет быть красивой, обаятельной, женственной. Как она выразительно закрывает ладонями уши, чтоб не слышать напоминаний о том, что её бросили, обокрали, ею воспользовались, так не желает она слушать и о неминуемой гибели Вишневого сада. Она беспечно пьет кофе, играет на бильярде, когда Лопахин (Владимир Ращук), единственный здесь представитель людей совершенно новой формации, пытается убедить её в необходимости принятия кардинальных решений. Но глагол «действовать» так не сочетаем с самой сущностью Раневской! «Дачи – это так пошло», — единственный, но куда нельзя более красноречивый ответ, которым она удостаивает пылкие речи Лопахина. В начале второго действия, под веселые звуки приглашенного оркестра, Раневская появляется в белоснежном, будто свадебном, платье. И именно из-за контраста с этим сиюминутным, агоническим весельем так явственно ощущается неизбежность траура, приближение неминуемого конца.

Ужасающее чувство одиночества является неизменным спутником всех жителей и гостей поместья. На протяжении спектакля каждый из них появляется на сцене один, выходит на откровенный монолог к зрителю. И Аня (Ольга Олексий), и Варвара (заслуженная артистка Украины Наталья Доля), и Епиходов (Андрей Пономаренко), и особенно Шарлотта (заслуженная артистка Украины Ольга Когут) – они все маются, не находя себе подходящего места в жизни. Безусловным подтверждением этому является финальная сцена спектакля, когда, уже после знаменитого монолога Фирса (народный артист Украины Валентин Шестопалов), сцена на мгновение освещается – и мы видим всех наших героев, сидящими порознь, каждый на своем пеньке, не защищенных более сенью деревьев. Эти пни и сидящие на них покинутые, одинокие люди – вот всё, что осталось от былой роскоши Вишневого сада.

Что касается слуг, то Яша (Вячеслав Николенко) и Дуняша (Елена Червоненко) — поистине перевертыши. Как нелепо выглядят их барские замашки. В некоторых сценах даже возникает аллюзия, что перед нами вовсе не чеховские герои, а персонажи Старицкого: наивная, грубоватая Проня Прокоповна и мерзавец Голохвастов. Два напыщенных нуля, которые поистине верят в свою значимость. Прощаясь с Яшей, брошенная, отвергнутая им Дуняша говорит с мольбой: «Скажите еще раз это: Огурчик», — как бы отсылая нас к крылатой цитате из фильма Марка Захарова «Убить дракона». И здесь эта аналогия просто таки режет слух своим подмененным, подчеркнуто исковерканным смыслом.

Единственный, кто чувствует себя в своей тарелке – это Лопахин. Будучи по происхождению из крепостных, он наконец-то ощущает себя хозяином в этом новом, меняющемся мире. Но имея предпринимательскую жилку, так необходимую в современных реалиях, он в то же время теряет нечто важное, он, можно сказать, лишен исторической памяти. Вишневый сад и дом, которые так безгранично много значат для Раневской и её семьи, как бы храня память о покойных матери и сыне, в которых каждый гвоздик несет воспоминания – для Лопахина являются не больше, чем материальным имуществом, куском земли, которым нужно грамотно распорядиться. В отличие от Ани и Дуняши, которые играют на хрупких, изящных скрипочках, Ермолай Алексеевич в своем финальном монологе играет на чисто фольклорном (в контексте спектакля – мужицком) инструменте – козе. Лопахин не понимает, что приобрел нечто большее, чем просто поместье. Он купил чужое прошлое. И два темных удаляющихся силуэта Раневской и Гаева (народный артист Украины Александр Гетманский), которые взявшись за руки, не торопясь, покидают поместье, безусловно, будут звучать как отражение двух последних могучих ветвей родословного дерева.

Ольга Мартовская

5 октября 2012
Автор: sufler
Просмотров: 1107
Рейтинг:
  
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.